1prof.by — информационный портал федерации профсоюзов Беларуси
поиск
Белорусский профессиональный союз работников образования и науки
Членская организация Федерации профсоюзов Беларуси Телефон: +375-17-203-81-34
Электронные обращения граждан и юрлиц

Классик педагогики Шалва Амонашвили о любви к Тому Сойеру, гиперпассивных учителях и идеальном уроке

30 сентября 2019

Главный предмет в школе — человечность.

Когда разговариваешь с легендарным педагогом Шалвой Амонашвили, невозможно не улыбаться. С легким грузинским акцентом основатель гуманной педагогики готов часами рассказывать о любви к ученикам, а про свои 88 шутит: если две восьмерки перевернуть, получится знак бесконечности. Он называет детство важнейшим жизненным этапом, признается, что любит шалунов на уроках, и готов доказывать: не бывает неталантливых и ленивых детей — есть только ограниченная педагогика. В Минск классик образования приезжал с очередным мастер-классом для родителей и учителей и в эксклюзивном интервью для «СБ. Беларусь сегодня» поделился своим представлением об идеальном уроке. 
 — Идеальный урок? Это когда ребенку хорошо и радостно, а учитель раскрывается как творческая личность. Понимаете, обычно учителя идут к детям с предметом в руках, мы же, новаторы 1960 — 1980-х годов, идем вместе с детьми к предмету. Это разные пути. И именно это начало рождает идеальный урок, когда учитель с детьми открывает некую часть науки. Это сложный процесс, во время которого педагог иногда ошибается, а ученики его поправляют и тем самым возвышаются. Но учитель не выдаст тайну, что ошибся намеренно и что это его методика. Он, как хороший актер, играет роль, а дети даже не замечают эту игру. На таком уроке открытие празднуется, а отметки отметаются, их можно выбросить на свалку…

 — Вас частенько цитируют: мол, ребенка нельзя измерять в цифрах.

 — Да, отметки — это тромбы образовательного процесса. Ради познания дети готовы на все, они познавательные существа. Но им важно понимать, почему они сидят на уроке, какой у него лейтмотив, к чему двигаться. Чтобы разжечь свою наблюдательность? Развить абстрактное мышление? Выработать в себе волю? Или, может, чтобы научиться раскрывать механизм какой—то машины? А у нас образование порой напоминает, уж простите за сравнение, прогулку по кладбищу мертвых знаний: тут физика похоронена, там математика…
 

ФОТО VOGAZETA.RU

— И все же не могу не спросить, кто двигает этот мир: отличники или двоечники?

 — Я был двоечником до 6-го класса, и мне нравится этот мальчик с картины «Опять двойка». Помните, как в песне: из чего же, из чего же, из чего же сделаны мальчишки? Из рогаток, лягушек и прочих таких вещей, а девочки — из шоколадок. Я уверен, что дети не из двоек выстраиваются и что не стоит мамам и папам гордиться только тем, что ребенок учится на отлично. Важно не какие отметки он несет домой, а будет ли он нравственным, культурным, научится ли общению с людьми — вот это самое ценное. Меня тогда, в 6-м классе, спасла учительница от Бога: подозвала после урока, долго смотрела в глаза и наконец спросила: «У тебя такой поэтический взгляд. Ты пишешь стихи?» Забрала тетради и вышла из класса, а я остался ошарашенный, смотрел в зеркало, пытаясь разглядеть этот «поэтический взгляд». Гордо ходил по улице — у меня же поэтический взгляд! А потом даже стихи попробовал написать, чтобы не растерять его. Школу я, кстати, окончил с золотой медалью. 

— Это объясняет, почему вы часто повторяете, что нужно возвеличить учителя, что это самый важный человек в образовании, который может и реформировать школу, и деформировать ее. А как думаете, эта профессия все же женская или мужская?

 — Конечно же, мужская. Но сейчас так сложилось, что большинство учителей — женщины, хотя школа настолько нуждается в мужской энергии! Я люблю шутить, что трудятся у доски в основном женщины, а классиками педагогики становятся все равно мужчины. Ну сами посмотрите: Ушинский, Сухомлинский, Макаренко, Коменский… Только одна Монтессори среди классиков «затесалась». 

— Еще бы Выготского в ваш список. Уроженец Беларуси, кстати.

 — Да, он заложил основу культурологической психологии. Его теория развития очень схожа с теорией грузинского психолога Дмитрия Узнадзе, и они лежат в основе образовательного процесса во многих странах мира. Именно из трудов Выготского в 1960 — 1980-х годах и появилось понятие «сотрудничество на уроке». Это ведь он сказал, что именно при сотрудничестве, когда взрослые помогают, дети становятся более умными, чем при самостоятельной работе.
 

ФОТО ITD2.MYCDN.ME

 — Сейчас все жалуются на гиперактивность детей. А вы как-то шутили еще и о том, что это не дети гиперактивные, а педагоги гиперпассивные.

 — Да, так и есть (смеется. — Прим. авт.). Учителя часто жалуются, что дети мешают вести урок. Но это просто поколение новое, а педагогика старая. Активность — это не температура тела, ее нельзя измерить. Вот какая нормальная активность у ребенка? Сидеть и внимательно слушать учителя? Все запоминать? Дети — пытливый народ, они что-то ищут, ломают, открывают без спроса. Отмените все это, и мы не получим полноценных людей, а придайте культурные формы — ребенок со своей активностью станет творческой личностью. И если сегодня учитель работает авторитарно — это все равно как врач прибегает к старым хирургическим способам и выписывает устаревшие таблетки, когда уже есть новые. 

— Какой литературный герой, на ваш взгляд, отображает образ идеального ребенка?

 — Я так люблю Тома Сойера, что мне дочка даже подарила его куклу. Еще Гекльберри Финна. Они шалуны. Шалость, кстати, означает «улавливать совершенное». Такой типаж детей очень хороший, и если ребенок шалит, он ищет совершенное. А хороший учитель любит детский «жриамули», в Грузии этим словом обозначают веселый шум, вроде детского гомона или щебета птиц. Если же ребенок все делает сам, покладистый, послушный, он не состоится в своем раскрытии. Дети должны с чем-то сталкиваться, преодолевать трудности. Опять же, Выготский говорил, что нет развития без трудностей. И такие трудности может создавать учитель или мама с папой. Да-да, шалуны — это двигатели мира. Думаю, и у вас в стране самые активные личности в детстве были хорошими шалунами. 

ФОТО GOODHOUSE.RU
— А должны ли родители вмешиваться в образовательный процесс? У нас часто иронизируют, дескать, все знают, как нужно лечить и учить… 
 — Знаете, еще Ушинский говорил, что чем меньше у человека образования и культуры, тем больше он дает себе право судить об образовании и воспитании детей. Образовательное искусство очень сложное. Но именно воспитывать должен не только учитель, а в первую очередь семья, и сейчас у родителей есть доступ к знаниям и методикам. Нынешние дети многогранны, они могут месяц играть в футбол, а потом им надоест, пробуют что-то другое. И я часто ссылаюсь на Эйнштейна, который отмечал: легче расщепить атом, чем воспитывать ребенка. Но воспитание, поверьте, — это не работа, это лучшая полоса вашей жизни, где три главных условия: время, любовь и терпение. 

— Вы учились на факультете востоковедения. Как-то помогает это в образовании?

 — Очень помогает! Особенно Конфуций и восточная психология, действительно, психология личности. Западная — функциональная, она разлагает человека на компоненты и каждый из них изучает отдельно. А восток изучает именно личность и на фоне целостного ищет части. Мне нравится такой подход, хотя я все же за то, чтобы соединять восточную и западную. 

Читать далее на сайте Издательского дома «Беларусь сегодня»

Карта сайта